Двери, со скрипом и противным скрежетом отворились на очередной остановке. Среднего роста человек, с умными глазами и оттенком печали на лице, зашел, в и без того, переполненный салон. Интеллигентным жестом поправив старый, когда-то дорогой плащ, он протиснулся вперед. Сняв с головы фетровую шляпу и немного помяв в руках, он нерешительным жестом протянул ее вперед и неуверенно начал свою речь:

Дальше »

Затхлый, пропитанный газами воздух, заполнил салон. Раздраженные гудки машин, со всех сторон, вместо привычной музыки, окружили пассажиров. Троллейбус шатало во все стороны, словно на каждом повороте его заносило сильным ветром, а через остановку, кондуктор выбегал на улицу — поправить упавшие «рога».В салоне царила нарастающая атмосфера ненависти и нетерпимости друг к другу. Было тесно и душно. Мест на всех явно не хватало. Счастливчикам, успевшим занять те немногие, проваленные и потертые временем сиденья, завидовал весь салон. И каждый, с ненавистью смотрел на сидящего, ожидая его скорого выхода на промозглую улицу.

Дальше »

Солнце уже давно скрылось за горизонтом. И ярко-красное зарево окрасилось в жгучий черный цвет. Из-за диких криков и монотонного стука барабанов, доносившегося из-за скал, воздух на острове стал каким-то жутким и даже первобытным.  Сразу за зарослями, на небольшой поляне горел огромный костер, а вокруг него, совершенно забыв приличия, вчерашние политики танцевали странный, дикий, ни на что непохожий танец.

Дальше »

Не выдержав нервного напряжения, седой красивый человек сидел на песке и рвал на себе волосы. Всегда неестественно аккуратно уложенные волосы, теперь спутанными клочками торчали в разные стороны. Ухоженное, загорелое лицо, лидер блока собственного имени, беззвучно плакал от беспрерывного голода и дикого желания поспать у себя дома на мягкой постели.

Никто уже давно не обращал внимания на несчастного человека. Как и прежде, на большой земле, каждый занимался только собственными проблемами.

Дальше »

Легкий бриз приятно развивал ее длинные волосы. Белый песок рисовал на побережье абстрактные картины и в ту же минуту ветер сметал их без следа. Ярко-синяя прозрачная вода поглотила ее новые туфли, цвета слоновой кости, накрыла волной и тут же выбросила обратно на берег.

Она сидела прямо на горячем песке и смотрела в синюю вдаль. Впервые за долго время, мыслей практически не было, а стеклянный взгляд почти ничего не выражал. Даже испорченный костюм и облезлый французский маникюр уже не интересовал ее.

Дальше »

Спотыкаясь и падая на пыльную дорогу, мэр ругался по чем зря: "На "Бентли" они ездить могут, а дорогу сделать - нет. Что за народ?!

"Чего я вообще сюда пошел, уже давно бы землю переписали и трамвай новый пустили.
Так за это время я б и денег заработал и всенародную любовь", - мечтательно
думал мэр, сидя на пыльной дороге.

Дальше »

Долго ли, коротко ли, пришел таки мэр в тридевятое царство. Пока шел по бездорожью пыльному, не одну пару сапог стоптал, все запасы еды съел, всю траву-травушку выкурил, совсем замучился. Но пришел-таки к заветному царству.

Поднял голову, а там...

Ворота дубовые высоченные, ни конца, ни края не видно, а на воротах надпись выбита:

“Всяк, кто войдет сюда,

Депутатом назовется.

Дальше »

Он проснулся, когда солнце уже ярко светило на нежно-синем небосклоне. Постель была теплой и мягкой после сна, а на маленьком прикроватном столике аппетитно пах горячий кофе. Он неспешно потянулся, сладко зевнул и лениво поправил, съехавший на глаза, ночной колпак.  Потянувшись и еще немного посидев на кровати, он все-таки решил встать. Отдернув шторы, он осмотрелся вокруг. Солнце в ту же минуту залило комнату приятным желтым светом.

Дальше »

ИЛИ как Волк велосипед увел.

Избушка была больше похожа на небольшой загородный дворец. Вокруг каменного забора неспешно прохаживались высокомерные павлины. Повсюду росли огромные пальмы, а вперемешку с ними, белели тоненькие березы. Тут буржуазная роскошь существовала рядом с сельской простотой. В деревянной кадке приятно хлюпал студеный квас, а в глиняной посуде аппетитно пахли горячие блины с икрой.

Дальше »